Строительство князя Константина и его преемников - История архитектуры

Поиск
Перейти к контенту

Главное меню:

Строительство князя Константина и его преемников

Архитектура Восточной Европы. Средние века > Владимиро-Суздальская архитектура > Строительство наследников Всеволода III
    Развитие владимирского зодчества XIII в. — последний его расцвет — протекает в резко меняющихся исторических условиях. После смерти Всеволода (1212) поднимают голову центробежные силы старобоярской знати, разгорается усобица между членами всеволодова "большого гнезда", приносящая временную победу ставленнику боярства — Константину и недолгое политическое главенство — Ростову. Сказывается и значение новых, созревших в лоне Владимирского княжества городов с их особыми связями и интересами, подготавливающими почву для сепаратистских тенденций. Владимирская земля переживает процесс, в известной мере повторяющий историю феодального дробления Киевской Руси, — возникают новые княжества (Переславское, Суздальское, Ярославское, Юрьевское), разделяется церковное управление. Но это дробление не ведет к упадку. После смерти Константина (1218) крепнет авторитет владимирского великого князя Юрия, ведущего вместе с братом — переславским князем Ярославом — активную не только владимирскую, но и общерусскую политику, направленную на оборону и укрепление независимости Владимирского княжества и Русской земли в целом. Крупным событием в истории русского Северо-Востока был выход русской границы на Волгу и основание в устье Оки Нижнего-Новгорода (1221).
    С возникновением новых центров экономической и политической жизни владимирская культура распространяется шире, а с ней расширяется и зона монументального строительства, которое теперь ведется уже не только во Владимире, но и в стольных городах новых княжеств. Зодчество продолжает развиваться еще интенсивнее, становится более своеобразным, все сильнее выражая не столько вкусы самих феодалов, сколько властно проникающие в большое искусство вкусы народа — горожан.
    Памятники зодчества этой поры либо дошли до нас в крайне искаженном виде, либо вовсе исчезли с лица земли и раскрываются лишь путем раскопок и скупых данных письменных источников, оставляющих много спорного и неясного. Это тем более обидно, что строили в эту пору много и, как можно догадываться, вносили много нового и смелого. Усиливалось зародившееся при Всеволоде светское течение в церковном зодчестве, дававшее широкий простор творчеству и художественной выдумке народных мастеров.
    Строительство ведется в двух направлениях. Константин и его наследники строят в Ростове и Ярославле, у них работают мастера как белокаменного зодчества, так и кирпичного. Князь Юрий строит в Суздале и Нижнем-Новгороде, Святослав — в своем стольном городе — Юрьеве-Польском; у них работает одна артель мастеров белокаменного строительства и превосходных резчиков-декораторов, развивающих до предела скульптурное убранство зданий. До нас частично сохранились лишь памятники этой последней группы, о строительстве же в Ростове и Ярославле мы имеем лишь самые общие сведения.
    После того как в 1204 г. обрушился Успенский собор в Ростове, на его основании был сооружен новый столь же обширный белокаменный храм, строившийся очень долго (1213—1231). Существенно, что новое здание не имело внутренних лопаток, и по намекам письменных источников, говорящих о "больших комарах" около главы, можно думать, что храм имел, подобно собору Княгинина монастыря, ярусный башнеобразный верх. На его фасадах колончатый пояс сменился поясом из орнаментальных лент. Внутри он был богато украшен и снабжен драгоценной утварью, в его южном портале были повешены "двери златые", т.е. писанные золотом медные врата, от которых сохранились лишь литые ручки в виде львиной морды, держащей кольцо.
    Так же долго строилась дворцовая церковь Бориса и Глеба на ростовском дворе князя Константина (1214—1220). О ней мы знаем лишь, что она была сложена из плинфы и имела пол из майоликовых плиток.
    За чертой Ростова, возможно в пригородной княжеской усадьбе князя Константина была построена белокаменная церковь Константина и Елены, от которой до нас дошли фигуры двух лежащих львов, изваянные из белого камня (дата постройки церкви неизвестна).
Резные детали Успенского собора в Ярославле, 1215 г., и Михайло-Архангельского собора в Нижнем-Новгороде, 1227—1229 гг.
Резные детали Успенского собора в Ярославле, 1215 г., и Михайло-Архангельского собора в Нижнем-Новгороде, 1227—1229 гг.
    В Ярославле один за другим были построены два храма. Успенский собор в крепости (1215 г.) был одновременно дворцовой церковью княжеского двора и городским собором. Скорее всего это был четырехстолпный храм, связанный переходом и сенями с деревянными княжескими хоромами. Он был сложен из плинфы и имел, как и собор владимирского Княгинина монастыря, пучковые пилястры. В его декоре были применены отдельные резные камни; сохранился обломок рельефа — полузвериная-получеловечеекая личина. Было ли здание побелено или белокаменный декор сочетался с красным фоном кирпичной стены, неизвестно. Внутри храм имел майоликовый плиточный пол.
    Заложенный в 1216 г. собор Спасо-Преображенского монастыря был окончен лишь в 1224 г. В источниках упоминается его "притвор", но был ли это нартекс или притвор типа собора в Юрьеве-Польском, не выяснено. Кирпичная кладка храма сочеталась с элементами резного белокаменного декора; храм также имел пучковые пилястры. Возможно, что его завершало асимметричное трехглавие.
    Незадолго до смерти князь Константин построил во Владимире церковь Воздвижения на Торгу (1218), представлявшую собой, видимо, небольшой бесстолпный храм.
    Таковы скудные и отрывочные данные о строительстве князя Константина и его преемников.
 
??????.???????
???????@Mail.ru
Copyright 2016. All rights reserved.
Назад к содержимому | Назад к главному меню